Недавний описательный обзор, опубликованный в журнале «Translational Psychiatry», рассматривает, как люди реагируют на музыку, и биологические основы этой реакции, подчеркивая роль музыкальной терапии в создании эффективных вмешательств для психического здоровья и благополучия.
Авторы приводят убедительные аргументы в пользу того, что для того, чтобы сделать музыкальную терапию более доступной, необходимо разработать стандартизированные методы лечения, призавая при этом большие различия в том, как люди реагируют на эти вмешательства.
Эмоциональные, гуманистические и духовные награды, которые мы получаем от музыки, общепризнаны. Однако сила музыки выходит за рамки простого развлечения: музыкальная терапия широко используется для физического восстановления, например, при двигательной реабилитации. Однако взаимосвязь между музыкой и психическим здоровьем по-прежнему плохо изучена.
Самыми старыми известными музыкальными инструментами являются флейты возрастом 40 000 лет, вырезанные из слоновой кости и кости. Чарльз Дарвин, постулировавший теорию эволюции посредством естественного отбора, предположил, что древние люди производили музыкальные вокализации, чтобы передавать эмоции, привлекать партнеров и угрожать соперникам.
Это указывает на то, что музыка неразрывно связана с развитием речи и что на музыку и музыкальность оказывается эволюционное давление.
Тональность, или использование звуков разной высоты, имеет универсальные характеристики, например, ее производство посредством вибрации голосовых связок гортани. Однако самые разные музыкальные традиции и культуры демонстрируют поразительное сходство в использовании мелодии, гармонии и тембра.
Низкочастотные тона с простыми повторяющимися узорами используются в колыбельных по всему миру. Точно так же мрачность передается через более лестные мелодии.
Теория вокального сходства предполагает, что наше восприятие тона определяется голосовым общением, а наш мозг рефлекторно предоставляет контекст тому, что мы слышим.
Ритм, или набор звуков с временной предсказуемостью, также встречается в музыкальных культурах. Периодичность музыкальных ритмов показывает тесное соответствие движениям человека, например, ходьбе.
Хотя многие животные после тренировки могут реагировать на ритмические импульсы, только люди могут предугадывать их и без особых усилий синхронизироваться с ними. Люди также могут синкопировать или смещать доли в ритме, так что сильные доли становятся слабыми и наоборот.
Теория нейронного резонанса предполагает, что наша способность к ритму позволяет нам обрабатывать устную речь. Кроме того, прослушивание музыки стимулирует области мозга, связанные с регуляцией движения, такие как корковые и подкорковые структуры.
Мозговая активность в этих регионах повышается, реагируя на ритм, даже если человек не двигается! Качество музыки, вызывающее у нас желание двигаться, в клинической практике и в просторечии известно как грув.
Исследования, основанные на методах нейровизуализации, показали, что прослушивание музыки активирует центры вознаграждения мозга. Например, удовольствие, которое испытывают слушатели музыки, связано со связыванием дофамина внутри прилежащего ядра.
Гипотетический опиоидергический механизм, связанный с этим вознаграждением, подтверждается исследованием, которое показало, что лечение антагонистами опиоидных рецепторов может уменьшить удовольствие, получаемое от музыки.
Социальность — еще один важный аспект прослушивания, наслаждения и создания музыки, поскольку она может способствовать межличностным и социальным связям. Эта форма связи может уменьшить чувство изоляции и улучшить показатели психического здоровья.
Интересно, что дрожь удовольствия, связанная с прослушиванием музыки, аналогична той, которую вызывает прослушивание вдохновляющих речей, с аналогичными умственными вознаграждениями. Прослушивание музыки может вызвать выброс окситоцина в мозг и тем самым уменьшить стресс.
Рецептивное лечение — это тип музыкальной терапии, который предполагает пассивный подход, то есть прослушивание музыки. Метаанализ более 80 клинических исследований показал, что рецептивное лечение значительно снижает тревогу у хирургических пациентов, в то время как другой, основанный на 32 исследованиях, обнаружил аналогичные результаты у людей, страдающих от тревоги.
Размер эффекта был сопоставим, а в некоторых случаях превышал предполагаемую эффективность некоторых фармакотерапевтических и психотерапевтических методов лечения тревоги. Аналогичным образом, сочетание музыкальной терапии с использованием антидепрессантов показало большую эффективность в лечении депрессии, чем традиционное лечение.
Ритм был включен в музыкальную терапию двигательных и сенсорных функций, но в настоящее время все чаще используется в лечении психических заболеваний.
Метаанализ показал, что эти музыкальные методы лечения были полезны для улучшения эмоционального благополучия, мотивации и настроения по сравнению с традиционным уходом за людьми с болезнью Паркинсона.
Прослушивание музыки также связано с улучшением психического здоровья после инсульта и улучшением когнитивных функций. Исследователи выдвинули гипотезу, что ритм оказывает такое терапевтическое воздействие, разрушая неадаптивные модели активности мозга, такие как негативные размышления.
«В целом, биологические основы ритма дают представление о том, как музыка может применяться для решения проблем психического здоровья, связанных с настроением, когнитивными способностями и мотивацией».
Дисфункциональная схема вознаграждения мозга может способствовать тревожным расстройствам и расстройствам настроения, расстройствам, связанным с употреблением психоактивных веществ, и многим другим проблемам психического здоровья.
У практикующих врачей есть основания полагать, что музыкальная терапия может лечить эти состояния, уменьшая апатию, улучшая общение и снимая усталость.
Ценность социального аспекта занятий музыкой подтверждается исследованиями, которые обнаруживают улучшение невербального общения, самооценки и поведенческой адаптации у детей с аутизмом.
Пациенты с шизофренией также испытали улучшение социального функционирования и снижение плохих социальных взаимодействий и апатии благодаря музыкальной терапии по сравнению с антипсихотическими препаратами. Люди с болезнью Альцгеймера также могут получить пользу.
Одна из проблем разработки и стандартизации музыкальной терапии заключается в том, что люди по-разному получают удовольствие от музыки и воспринимают ее; это имеет как экологические, так и генетические факторы и имеет важные последствия для эффективности этих методов лечения.
Многие люди с состоянием, называемым врожденной амузией, не могут танцевать в ритме или нести мелодию; некоторые вообще не испытывают удовольствия от прослушивания музыки.
Авторы исследования предлагают создать профили музыкальности на индивидуальном уровне, чтобы определить, какие аспекты музыки, такие как тональность, ритм, вознаграждение или социальность, могут принести пользу каждому человеку. Практикующим врачам следует также учитывать индивидуальные музыкальные предпочтения в планах терапии, осознавая при этом, что в некоторых случаях предпочитаемая музыка может быть не самой эффективной. Также необходимы дальнейшие исследования, чтобы заполнить пробелы в фактических данных и разработать стандартизированные методы лечения, которые будут доступны большему количеству людей.
В то время как традиционные психотерапевтические и фармакологические методы лечения подвергались критике за недостаточную эффективность, музыкальная терапия представляет собой легкую, с низким уровнем риска и доступную форму вмешательства.
«Понимание и использование этого факта для улучшения лечения и вмешательств в психиатрии представляет собой важную возможность разнообразить и улучшить помощь во время острой необходимости», — говорится в статье.
Иллюстрация к статье:
материал med2.ru
Загрузка...
