Современная топическая терапия больных псориазом с поражением волосистой части головы

Н. Н. Филимонкова, доктор медицинских наук
Е. П. Топычканова, кандидат медицинских наук
ФГБУ УрНИИДВиИ МЗ РФ, Екатеринбург

Псориатическая болезнь — одна из актуальнейших медико-социальных проблем современной дерматологии. «Болезнь цивилизации» — так называют сегодня псориаз ввиду значительного удельного веса в структуре заболеваний человека [1–4]. Псориазом страдает до 3% населения земного шара, т. е. около 80 млн человек, с одинаковой частотой женщины и мужчины [5]. Псориаз является иммунозависимым, с генетической предрасположенностью заболеванием и значимым влиянием экологических и других триггерных факторов. В основе современной патогенетической модели псориаза лежит иммунологическая концепция, где воспалительные проявления, эпидермальная пролиферация с неполным дифференцированием эпидермоцитов, сосудистые изменения медиируются широким спектром цитокинов, продуцируемых активированными Т-лимфоцитами и дендритными клетками, инфильтрирующими эпидермис и сосочковый слой дермы [6–9]. Иммунопатология при псориазе носит системный, наследственный характер со значительной долей в наследственном грузе аутоиммунной патологии [2, 6].

Рассматривая клинические аспекты псориаза, следует отметить своеобразное, непостоянное и непредсказуемое течение дерматоза, все более частое появление атипичных форм, ассоциации с артритом и другими проявлениями системного характера заболевания. Очевиден патоморфоз псориатического процесса в последнее десятилетие, который выражается в более частом развитии тяжелых, инвалидизирующих клинических форм, резистентных к терапии; «омоложении» заболевания, также возникновении первичной атаки процесса в пожилом возрасте и развитии крайне торпидных к терапии форм заболевания [2].

Понятие «качество жизни», подразумевающее совокупность параметров, отражающих оценку больным своего физического состояния, психологического благополучия и социальных отношений в период развития болезни, позволяет оценить эффективность и комплаентность проводимой терапии. При оценке дерматологического индекса качества жизни (ДИКЖ) установлено, что пациенты с псориазом испытывают серьезные проблемы в общественной и личной жизни [10, 11]. Анализ психосоматического статуса выявил выраженные особенности у больных псориазом по сравнению со здоровыми лицами. Известно влияние клинической картины псориаза на качество жизни пациентов: чувство дискомфорта в связи со своим непривлекательным внешним видом — 81% респондентов, депрессия — 54%, трудовые проблемы — 60% больных пропустили примерно 26 рабочих дней в году по болезни [12, 13].

Волосистая часть головы — одна из наиболее частых первоначальных, нередко изолированных, локализаций псориаза. Обильное диффузное шелушение без четких границ и выраженных воспалительных изменений в области волосистой части головы нередко осложняет диагностику и терапию. Более типично для псориаза волосистой части головы поражение соседних участков гладкой кожи — прилежащей части лба и зауш­ной области (известная псориатическая корона) [2, 14].

J. M. Gelfand и соавт. (2005) установили, что примерно у 50–80% пациентов, по данным Van de Kerkhof и соавт. (1998) в 79% случаев наблюдается поражение кожи волосистой части головы, которое может возникнуть независимо или в сочетании с любой другой формой псориаза. Отечественные исследователи отметили поражение кожи волосистой части головы при дебюте наследственно обусловленного псориаза с преобладанием стрессового триггерного фактора в 66,7% случаев, при выраженном псориатическом артрите — в 9,6%, при спонтанном процессе — у 42,8% пациентов [2]. Результаты исследования Scalp Psoriasis, Clinical Presentations and Therapeutic Management позволили отметить в качестве наиболее мучительных для пациентов симптомов видимость очагов поражения — 18% случаев, шелушение — 34%, зуд — 32% и другие симптомы (боль, жжение и т. д.) — 16% [17].

Проблема эффективной терапии больных псориазом остается одной из наиболее актуальных в современной дерматологии, в связи с хроническим, рецидивирующим течением заболевания, сложностью патогенетических механизмов развития дерматоза [1, 2]. Целью терапии больных псориазом является достижение клинической ремиссии процесса с уменьшением активности воспаления, нормализацией процессов кератинизации и ликвидацией инфильтрации кожи. В большинстве случаев (65,0–75,0% пациентов) манифестации псориаза носят умеренный или легкий характер и подлежат терапии в амбулаторном режиме с использованием топических средств и методов [18, 19].

Назначение современных терапевтических комплексов при псориатическом процессе определяется в первую очередь иммунологическими, патофизиологическими изменениями. К наиболее эффективным современным методам лечения больных псориазом относят фотохимиотерапию (ФХТ), ароматические ретиноиды, иммуносупрессоры (Сандиммун и др.), препараты витамина D₃, а также комбинации этих методов в сочетании с наружными средствами [1, 2].

Существенная роль в комплексной терапии больных псориазом принадлежит наружному медикаментозному лечению, которое осуществляется, в основном, с помощью различных мазей, кремов, гелей, лосьонов [4, 5], обладающих противовоспалительным, противозудным, кератолитическим, увлажняющим эффектами [15, 16].

Наиболее активными средствами противовоспалительной терапии являются глюкокортикоидные гормоны (ГКСГ), оказывающие вазоконстрикторный, мембраностабилизирующий эффекты, супрессирующее действие на иммунные факторы со снижением количества и функциональной активности лимфоцитов, ингибицией продукции провоспалительных цитокинов, уменьшением пролиферации клеток в зоне поражения. Наиболее активными в терапии псориаза являются современные ГКСГ — бетаметазона дипропионат и другие из группы сильных топических стероидов, для которых характерны высокая эффективность и безопасность при курсовой терапии [2, 18].

Ведущее направление в топической терапии псориаза представляют препараты, содержащие производ­ные витамина D (кальципотриол). Кальципотриол — синтетический аналог наиболее активного метаболита природного витамина D₃. Доказано иммуномодулирующее действие кальципотриола за счет снижения синтеза интерлейкинов-1, 2, 6, 8, профильных для активированных при псориазе Т-лимфоцитов. Кальципотриол уменьшает воспалительную реакцию в псориатических бляшках, что выражается существенным уменьшением дермального околососудистого инфильтрата. Препараты кальципотриола (Дайвонекс — крем, мазь, раствор) обладают низким кальцимическим потенциалом в связи с незначительной способностью всасываться через кожу и быстрой элиминацией из организма [18, 20].

Комбинированное топическое средство Дайвобет, в котором потенцируются патогенетические воздействия входящих в него кальципотриола (0,005%) и ГКСГ бетаметазона дипропионата (0,05%), доказательно превосходит по клинической эффективности монотерапию составляющими его средствами, а также другие методы топического воздействия [18, 23]. Важным аспектом наружного лечения псориаза является рациональное использование различных лекарственных форм препаратов (крем, мазь, раствор, гель), обеспечивающих дифференцированную терапию проявлений заболевания на гладкой коже и коже волосистой части головы.

В терапии и реабилитации больных псориазом с поражениями кожи волосистой части головы необходимо назначение препаратов, обладающих кератолитическим, противовоспалительным и разрешающим действием. Доказана эффективность топических стероидов и кальципотриола в терапии псориаза волосистой части головы, возможна монотерапия или их комбинация. При псориатическом поражении кожи волосистой части головы — резко выраженном шелушении, инфильтрации, гиперемии (3–4 балла) 1-кратно вечером в течение 3–4 суток назначалась 2–5% салициловая мазь, обладающая противовоспалительным, отшелушивающим действием. Затем 1-кратно вечером — мазь Дайвобет, 2-кратно утром и днем раствор Дайвонекс. При сохраняющихся воспалительных проявлениях выраженностью 1–2 балла 2-кратно в сутки применялся раствор Дайвонекс [18].

В 2008 г. появился новый лечебный вариант активной формы витамина D для наружной терапии псориаза волосистой части головы гель Ксамиол (Xamiol), имеющий состав: бетометазона дипропионат — 50 мкг/г, кальципотриола моногидрат — 0,5 мкг/г. Гель прозрачный, бесцветный, без запаха, без содержания этилового спирта, быстро всасывается (через 3 мин). Дозировка и способ применения: на очаги поражения на коже головы 1 раз в день до четырех недель, достаточно для лечения кожи головы от 1 г до 4 г в день (4 г ~ равны 1 чайной ложке). Гель должен оставаться на коже головы в ночное время или в течение дня. Препарат не рекомендуется для использования детьми в возрасте до 18 лет.

Зарубежными исследователями доказана высокая эффективность действия препарата, не зависящая от тяжести заболевания, на 71,3% снижение PASI через 4 недели терапии при хорошей переносимости препарата. Отмечена быстрота клинического эффекта — у 57,5% пациентов полное отсутствие или незначительное проявление симптомов через 1 неделю, у 68,4–71,2% полное отсутствие/незначительное проявление симптомов в конце терапии в течение 4 недель [23, 24], ремиссия в течение года.

European medicines Agensy (EMEA), U. S. Food и Drug Administration (FDA, 2009 г.) провели исследование эффективности и безопасности препарата Ксамиол при назначении 1 раз в день на кожу волосистой части головы в течение 8 недель. Через 2 недели терапии — около 60% пациентов отметили значительное улучшение процесса, через 8 недель — 70% пациентов — клиническое выздоровление и значительное улучшение, также явное улучшение качества жизни. Длительная безопасность и эффективность Ксамиола, отсутствие побочных эффектов подтверждены наблюдением в течение 52 недель.

Материалы и методы исследования

С целью оценки эффективности и безопасности топического средства геля Ксамиол в клинике ФГБУ УрНИИДВиИ проведено обследование и лечение пациентов, получавших топическую терапию Ксамиолом. Под наблюдением находились 32 больных псориазом в возрасте от 25 до 50 лет, мужчины — 56,6%, женщины — 43,4%. Давность заболевания от 10 до 25 лет и длительность данного обострения от 1 до 6 мес.

При дебюте псориаза проявления заболевания на коже волосистой части головы у обследуемых пациентов отмечались в 63,4% случаев. При дальнейшем развитии процесса псориатические элементы на коже волосистой части головы беспокоили 93,6% обследуемых пациентов. Распространенный вульгарный псориаз был диагностирован в 86,7% случаев, в остальных 13,3% процесс носил ограниченный характер с преимущественным поражением кожи волосистой части головы, прогрессирующая стадия — у 40%, стационарная стадия — у 60% больных. Пациентов беспокоил зуд (84,7%), ощущение сухости кожи, обильное шелушение кожи волосистой части головы, преобладающим триггерным фактором отмечен психоэмоциональный стресс (95, 8%).

ДИКЖ составил в среднем 23,1 ± 0,29 балла. Индекс тяжести псориатического процесса PASI находился в интервале от 13,1 до 35,2 балла, PASI средний — 20,9 ± 0,3.

Проводился клинико-лабораторный мониторинг с определением общеклинических показателей, ДИКЖ и PASI в динамике терапии.

Пациенты получали стандартную и топическую терапию препаратом Ксамиол однократно в сутки: 25 пациентов применяли гель на область волосистой части головы, 7 пациентов — на локтевые и коленные области. Курс топической терапии длился в течение 4 недель.

Результаты

Недельный срок наблюдения позволил отметить положительную клиническую динамику процесса — уменьшение зуда (в 76,8%), гиперемии и шелушения (в 87,8%), снижение индекса PASI на 36,9%. К окончанию курса терапии (24 ± 3 дня) отмечено достоверное снижение индекса PASI на 69,9% с последующим продолжающимся снижением, подтверждающее клиническую эффективность препарата Ксамиол (рис. 1–3). ДИКЖ достоверно снизился к окончанию терапии в 5 раз.

Переносимость препарата была хорошей. Побочных явлений не отмечалось, отрицательной динамики показателей общего анализа крови, мочи в период терапии не было отмечено.

Диспансерное наблюдение пациентов в течение 6 месяцев позволило отметить сохранение периода ремиссии.

Заключение

Метод топической терапии больных псориазом гелем Ксамиол как волосистой части головы, так и элементов в локтевой и коленной областях на разных стадиях заболевания характеризуется высокой клинической эффективностью, безопасностью, комплаентностью, доступен и осуществим в амбулаторных условиях.

Литература

1. Мордовцев В. Н., Мушет Г. В., Альбанова В. И. Псориаз. Патогенез, клиника, лечение. 1991; 186.
2. Кунгуров Н. В., Филимонкова Н. Н., Тузанкина И. А. Псориатическая болезнь. 2002; 193.
3. Schon M. P., Boehncke W. H. Psoriasis // N. E. J. M. 2005; Vol 352 (18): 1899–1912.
4. Dubertret L. Psoriasis: evolution and revolution // Med. Sci. 2006. Vol. 22. P. 164–171.
5. Luba K. M., Stulberg D. L. Chronic Plaque Psoriasis // Am. Fam. Phys. 2006. Vol. 73. P. 636–646.
6. Кубанова А. А., Кубанов А. А., Николас Дж. Ф., Пьюиг Л., Принц Дж., Катунина О. Р., Знаменская Л. Ф. Иммунные механизмы псориаза. Новые стратегии биологической терапии // Вестн. дерматол. и венерол. 2010. № 1. С. 35–47.
7. Picardi A., Mazotti E., Gaetano P., Cattaruzza M. S., Baliva G., Melchiet C. F. Stress, social support, emotional regulation, and exacerbation of diffuse plaque psoriasis // Psychosomatics. 2005; 46: 556–564.
8. Holm S. J., Sanchers F., Carlen L. M., Mallbris L. Genetics of psoriasis // Acta Derm. Venereol. 2005. Vol. 85. № 1. P. 2–8.
9. Veale D. J., Ritchlin C., FitzGerald O. Immunopathology of psoriasis and psoriatic arthritis // Ann Rheum Dis. 2005; Suppl. II: 26–29.
10. Линец Ю. П., Коссинский В. П. Роль психосоматического подхода в превентивной медицине и качество жизни. Исследование качества жизни в медицине. Матер. науч. конф. СПб: 2000. С. 82–84.
11. Finlay A. Y. Quality of life assessments in dermatology // Semin Cutan Med Surg. 1998; 17: 291–296.
12. Krueger G., Koo J., Lebwohl M., Menter A., Stern R. S., Rolstad T. The impact of psoriasis on quality of life // Arch Dermatol. 2001; 137: 280–284.
13. Horn E. J., Fox K. M., Patel V., Chiou C. F., Dann F., Lebwohl M. Association of patient reported psoriasis severity with income and employment // J Am Acad Dermatol. 2007 Aug; 57 (6): 963–971.
14. Самгин М. А., Нетруненко И. Ю. Новые возможности в терапии псориаза волосистой части головы // Клиническая дерматология и венерология. 2004. № 3. С. 1–4.
15. Gelfand J. M., Stern R. S., Nijsten T. et al. The prevalence of psoriasis in African Americans: Results from a population-based study // J Am Acad Dermatol. 2005; 52: 23.
16. Van de Kerkhof P. C., Steegers-Theunissen R. P., Kuipers M. V. Evaluation of topical drug treatment in psoriasis // Dermatology. 1998; 197 (1). 294–299.
17. Van de Kerkhof P. C., de Hoop D., de Korte J., Kuipers M. V. Scalp psoriasis, clinical presentations and therapeutic managemen // Dermatology. 1998; l97 (4): 326–334.
18. Филимонкова Н. Н., Кащеева Я. В., Чуверова К. А. Дерматотропные средства в комплексной терапии псориаза // Клиническая дерматология и венерология. 2010. № 1. С. 35–38.
19. Papp K., Berth-Jones J., Kragballe K. et al. Scalp psoriasis: A review of current topical treatment options // J Eur Acad Dermatol Venerol. 2007; 21 (9): 1151–1160.
20. Giannetti A., Coppini M., Baggio A. A new stable association of calcipotriol and betamethasone dipropionate for the topical treatment of psoriasis: a clinical experience // Dermatol Exp. 2005; 7: 53–59.
21. Van de Kerkof P. C. M., Wasel N., Kragballe K., Cambazard F. et al. A two- compound product containing calcipotriol and betamethasone dipropionate provides rapid, effective treatment of psoriasis vulgaris regardless of baseline disease severity // Dermatology. 2005; 210: 294–299.
22. Luger et al. A study of the safety and efficacy of calcipotriol and betamethasone dipropionate scalp formulation in the long-term management of scalp psoriasis // Dermatology. 2008; 217: 321–328.
23. Jemec et al. A new scalp formulation of calcipotriol plus betamethasone compared with its active ingredients and the vehicle in the treatment of scalp psoriasis: A randomized, double-blind, controlled trial // J Am Acad Dermatol. 2008; 59: 455–463.
24. Mrowietz et al. Effective treatment and improvement of quality of life in patients with scalp psoriasis by topical use of calcipotriol/betamethasone (Xamiol®-gel): results from a study in 721 patients // JDDG. 2011; 9: 825–831.

Статья опубликована в журнале Лечащий Врач