ЭТНИЧЕСКОЕ САМОСОЗНАНИЕ ШОРЦЕВ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ | Опубликовать статью ВАК, elibrary (НЭБ)

Борина Л.С.

канд. ист. наук, кафедра истории Новокузнецкого института (филиала)

ФГБОУ ВПО «Кемеровский государственный университет»

ЭТНИЧЕСКОЕ САМОСОЗНАНИЕ ШОРЦЕВ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

Аннотация

В работе проведен анализ современного состояния этнического самосознания одного из этносов Сибири, проживающих на юге Кемеровской области, а также в Хакасии и республике Алтай – шорцев.

Цель исследования: выявление причин устойчивости этнических структур. Исследование проведено на основе полевых материалов, собранных автором статьи, в районах проживания шорцев в 2000-2002 гг.

Ключевые слова: этническое самосознание, шорцы, этноним

Key words: ethnic consciousness, shoria people, ethnonym.

Необходимость изучение этнического самосознания шорцев диктуется тем, что этот этнос является типичным образчиком административно сформированных этносов советского периода: еще в середине 1920-х годов даже представители шорской национальной интеллигенции не знали о том, что они шорцы и просили порекомендовать им книги, в которых бы рассказывалось о «шорцах» [1]. Процесс формирования этнического самосознания шорцев был запущен государством в ходе национально-государственного строительства и искусственно прерван в 1939 году, когда был ликвидирован Горно-Шорской национальный район. Без поддержки государства этнос, процесс конструирования которого только развернулся, не мог нормально развиваться. В неблагоприятных для развития этноса условиях высокой урбанизированности, преобладания русскоязычного населения и масштабной маргинализации сохранение этнического самосознания явилось условием сохранения этноса.

Исследование этнического самосознания современных шорцев показало, что в нем выделяются четыре уровня: национальный, групповой, локально-территориальный и общетюркский.

Национальный уровень самосознания шорцев проявляется в том, что представители всех возрастных, социальных и территориальных групп шорцев для обозначения своей национальной принадлежности как «своим», так и «чужим» используют этноним «шорцы».

Отношение к этнониму «шорцы» неоднозначное, но, главным образом, негативное. За негативным отношением к этнониму стоит не забытая искусственность: этноним «шорцы» сконструирован на базе научного термина, введенного в оборот тюркологом В.В. Радловым.

Этноним, будучи по содержанию идеологическим конструктом, еще не стал частью традиции. Не случайно молодые женщины широко используют для обозначения своей национальной принадлежности производные от этнонима «шорка» – «шорочка», «шорианка», считая их более благозвучными, а мужчины обозначают свою национальную принадлежность как «русский шорец».

В структуре самосознания этноса устойчиво сохраняется групповое самосознание. Шорцы делят себя на «низовских» (северных) и «верховских» (южных) шорцев в зависимости от места проживания вниз и вверх по течению рек Мрас-Су и Кондома. Это деление совпадает с двумя этнографическими группами в составе шорского этноса («абинская» – лесостепная и «шорская» – горнотаежная).

Сохранение деления на «верховских» и «низовских» играет скорее «этнодифференцирующую роль [2] и свидетельствует о незавершенности процесса этнической консолидации шорцев. В структуре самосознания выделяется деление по местам современного проживания – осинниковские, новокузнецкие, таштагольские.

Таштагольские шорцы называют всех северных шорцев (междуреченских, мысковских, новокузнецких) «сагай тыр» (сагайцы), так же «сагай тыр» называют все шорцы хакасов. Таштагольских шорцев другие группы шорцев называют «таёш тыр» (по названию рода Таёш). Нередко можно услышать «ты не наш (наша), а низовской (ая), верховской (ая)» в значении «мы настоящие – вы не настоящие шорцы».

Предметом спора между группами «верховских» и «низовских» шорцев является и язык: шорский литературный язык разработан на базе «низовского» диалекта, и отличается от разговорного языка используемого «верховскими». Обе стороны обвиняют друг друга в том, что «они не знают язык», при этом одни имеют в виду разговорный язык, другие – литературный. Обращение к происхождению («верховские» / «низовские») является главным аргументом в любом споре.

Родовое деление у шорцев в настоящее время не сохранилось, но наблюдается повышенный интерес к родовому делению, информацию о котром  шорцы берут, в основном из работы В.М. Кимеева «Шорцы. Кто они?» [3]. Только немногие старики и представители интеллигенции знают свою родовую (сеоковую) принадлежность.

Признаки общности у шорцев выражены слабее, чем отличия «своих» от «чужих». На первом месте среди признаков общности, стоит язык (73,6%), на втором месте – внешние признаки, на третьем – общность происхождения, на четвертом – обычаи и обряды. При этом ни один из признаков общности на сегодняшний день для шорцев не является четко выраженным.

Из этнодифференцирующих признаков первое место занимает язык (72,9%) [4], второе – особенности поведения, третье место – обычаи и обряды, четвертое – внешние признаки. Предметы материальной культуры в качестве как своего отличия от людей другой национальности, так и близости других народов к представителям своей национальности в условиях нарастающей унификации большого значения не имеют.

Из черт характера, наиболее проявляющихся у шорцев, сами шорцы отмечают доброту, скромность, законопослушность. Из отрицательных качеств называют пьянство и чрезмерную покорность.

«Настоящими шорцами» сами представители этноса считают шорцев, проживающих в сельской местности, главным образом, охотников. Сокращение числа сельских шорцев и их деградация считается главным признаком кризиса: «мы не можем себя больше утешать тем, что у нас еще есть настоящие шорцы в деревне» [5].

Самым близким народом шорцы считают хакасов (отмечают языковую близость, единство мировоззрения, происхождения), но при этом отмечают, что «мы не хакасы, мы – шорцы». Затем, со значительным отрывом, называют телеутов, алтайцев, казахов. Таштагольские шорцы на первое место среди близких народов ставили алтайцев, на второе – хакасов, мысковские – на первое хакасов, на второе – алтайцев. В этом проявляется не только географическая, но и социокультурная близость с названными народами.

В отношении собственной национальной принадлежности у шорцев прослеживается две тенденции: негативное отношение к национальной принадлежности и ярко выраженный национализм, особенно заметный у национальной интеллигенции и части молодежи.

У шорцев, как и у других малочисленных народов Сибири, [6] распространена ситуативная самоидентификация: в русской среде определяют свою национальную принадлежность – как русские, в шорской среде – как шорцы. Шорское происхождение нередко используется утилитарно: для поступления в высшие учебные заведения, получения налоговых льгот и т.д. Прослеживается высокая зависимость самоидентификации себя как «шорца» в тех ситуациях, когда самоидентификация в качестве «русского» невозможна (антропологический тип).

Значительная часть молодежи настроена на ассимиляцию: нередко стесняются своей национальности, неохотно разговаривают на эти темы, болезненно воспринимают свою национальную принадлежность.

Шорцы четко дифференцируют себя с чужими, определяя их, прежде всего по антропологическому типу (европеоиды): «пашка кан» (чужая кровь) и по языку «казах тыр те» – тот, кто не знает языка.); всех русских называют «казах» (русские). Для «своих», то есть хакасов, алтайцев, телеутов определение «пашка кан» не применяется. Обращает на себя внимание то, что шорцы, свободно владеющие разговорным языком,  называют на родном языке свой язык «тадар» – «татарский», в то время как шорцы, не владеющие разговорным языком, обозначают его как «шорский». «Шорским» называют письменный вариант языка и свой язык для русских. В сохранении этнонима «тадар» проявляется общетюркский уровень идентификации, который в настоящее время актуализируется.

Таким образом, все современные шорцы в любых ситуациях идентифицируют себя как «шорцы», при том, что устойчиво сохраняется негативное отношение к аллоэтнониму. Деление на «низовских» и «верховских» шорцев по-прежнему играет этнодифференцирующую роль и является спором о «настоящих/не настоящих» шорцах. «Настоящими» шорцами считают шорцев, живущих в сельской местности. Родовое деление не сохранилось, но наблюдается активизация внимания к нему со стороны носителей этнического сознания. Общетюркский уровень идентификации проявляется в использовании квазиэтнонима «тадар».