Безопасность и динамика назначения кардио­селективных β-адреноблокаторов у пациентов с артериальной гипертензией и обструктивными заболеваниями легких: результаты проспективного кардио­респираторного скрининга | Климова А.А., Смолякова Е.В., Амбатьелло Л.Г., Чазова И.Е., Зыков К.А.

Введение

Хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ) и бронхиальная астма (БА) — бронхообструктивные заболевания (БОЗ), которые являются распространенными причинами заболеваемости и смертности в общей популяции. Многочисленные исследования демонстрируют высокую встречаемость сердечно-сосудистой патологии среди пациентов с ХОБЛ и БА [1–3]. Среди лиц пожилого возраста ХОБЛ выявляется у каждого 4-го больного артериальной гипертензией (АГ) [4], которая является одним из ведущих факторов риска развития таких сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ), как ишемическая болезнь сердца (ИБС), нарушения ритма сердца (НРС), хроническая сердечная недостаточность (ХСН), а ее распространенность в России, по данным ЭССЕ-РФ3, достигает 53,9% взрослого населения [5]. ССЗ широко распространены и среди пациентов с БА, а их сочетание способствует более частым обострениям и снижению уровня медикаментозного контроля БА [6]. Наличие сопутствующих ХОБЛ или БА у кардио­логических пациентов может затруднять выбор фармакотерапии ССЗ. В связи с актуальностью проблемы в некоторых клинических руководствах по ведению как ССЗ, так и БОЗ появились разделы, посвященные ведению пациентов с сочетанной кардио­респираторной патологией. Например, в ведущем документе Глобальной стратегии диа­гностики, лечения и профилактики ХОБЛ¹ особое внимание уделено внелегочным сопутствующим заболеваниям, в особенности сердечно-сосудистой патологии, что обусловлено ее доказанным влиянием на тяжесть течения и прогноз при ХОБЛ. Наличие сопутствующих БОЗ влияет и на выбор фармакотерапии ССЗ. Так, лечение АГ у больных ХОБЛ сопряжено с риском нежелательных респираторных реакций, в основном бронхообструкции, индуцированной β-адреноблокаторами (ББ) и, реже, ингибиторами ангиотензинпревращающего фермента (иАПФ). Для оптимизации лечения этих пациентов Российским медицинским обществом по артериальной гипертонии (РМОАГ) совместно с Российским респираторным обществом (РРО) были опубликованы рекомендации по диа­гностике и лечению пациентов с АГ и ХОБЛ [4], согласно которым применение кардио­селективных ББ при стабильном течении ХОБЛ допустимо и обосновано при наличии кардио­васкулярной патологии (ИБС, ХСН, фибрилляция предсердий), требующей их применения в рамках комбинированной фармакотерапии. При этом селективные ББ не только обеспечивают кардио­протекцию, но и способствуют снижению частоты обострений ХОБЛ. Так, метаанализ 20 исследований (n=237 709) показал, что применение ББ у пациентов с ХОБЛ и ССЗ ассоциировано со снижением риска обострений ХОБЛ (отношение шансов (ОШ) 0,76; 95% доверительный интервал 0,62–0,92; p=0,005) и снижением смертности (ОШ 0,50, p<0,00001) [7]. Важным является и их сочетание с базисной терапией ХОБЛ — ингаляционными β²-агонистами, так как кардио­селективные ББ, уменьшая частоту сердечных сокращений (ЧСС), смягчают потенциальные кардиальные побочные эффекты β-агонистов (тахикардию), что позволяет продолжать необходимую бронхолитическую терапию без повышенного риска со стороны ССЗ. В руководствах по лечению ХОБЛ также указывается, что преимущества кардио­селективных ББ при ХСН перевешивают потенциальные риски, даже у пациентов с тяжелой ХОБЛ [8]. Таким образом, назначение кардио­селективных ББ пациентам с ХОБЛ и ССЗ для лечения АГ, в том числе ИБС, НРС, ХСН, является обоснованным. Однако, несмотря на рекомендации и данные многих исследований об их относительной безопасности, лишь 33% пациентов с ХОБЛ, нуждающихся в назначении ББ, получают их на практике [9]. Из-за опасений по поводу потенциальной бронхоконстрикции врачи избегают назначений кардио­селективных ББ при ХОБЛ. Так, в ретроспективном исследовании 1603 пациентов с ХОБЛ и инфарктом мио­карда в анамнезе, 55% пациентов, которым были показаны ББ, их недополучали [10]. В другом исследовании было установлено, что 64% пациентов с ИБС без ХОБЛ получали ББ, в то время как среди больных ИБС с ХОБЛ их назначали только 16%. Диагноз ХОБЛ был указан как причина отказа от ББ у 33% пациентов с ССЗ, а врачи некардио­логических специальностей назначали ББ на 40% реже при наличии ХОБЛ, несмотря на показания [11]. Все эти исследования указывают на недостаточное назначение селективных ББ в лечении пациентов с кардио­респираторной патологией.

В то же время у больных БА широкое применение кардио­селективных ББ до сих пор ограничено клиническими руководствами, рекомендовано рассматривать их назначение в индивидуальном порядке у каждого отдельного пациента².

Применение иАПФ у пациентов с АГ и ХОБЛ не рекомендуется в качестве терапии первой линии. Данное ограничение обусловлено риском развития брадикининового кашля — нежелательной лекарственной реакции, способной существенно снижать качество жизни и затруднять свое­временную диа­гностику обострений респираторной патологии. Вместе с тем при условии хорошей переносимости и отсутствии противопоказаний, включение иАПФ в состав комбинированной антигипертензивной терапии представляется допустимым [4]. Препаратами выбора у больных АГ и БОЗ являются антагонисты кальция (АК) и блокаторы ангиотензина II (БРА). Они благоприятно переносятся кардио­логическими больными с ХОБЛ и БА, отмечается улучшение сердечно-сосудистых и легочных показателей.

Высокая частота сочетания АГ и БОЗ диктует необходимость разработки алгоритмов, повышающих приверженность врачей актуальным рекомендациям. Для этого необходима проспективная оценка современной врачебной тактики при помощи проведения кардио­респираторного скрининга с ответом на вопрос о структуре назначений кардио­тропных препаратов у пациентов в зависимости от наличия БОЗ.

Цель исследования: изучить особенности назначения терапии кардио­селективными ББ, АК, иАПФ и БРА у больных эссенциальной АГ, в том числе с ИБС, НРС, ХСН в сочетании с БОЗ (ХОБЛ и БА) и без БОЗ.

Материал и методы

В период с 2017 г. по 2019 г. на базе Института клинической кардио­логии им. ак. А.Л. Мясникова ФГБУ «НМИЦК им. ак. Е.И. Чазова» Мин­здрава России был проведен набор пациентов для участия в проспективном когортном исследовании. Критериям включения соответствовали 1000 больных в возрасте 18 лет и старше с верифицированным диагнозом эссенциальной АГ. Из исследования исключались пациенты в остром периоде инфаркта мио­карда, нарушения мозгового кровообращения, с признаками острой респираторной вирусной инфекции, кровохарканьем или массивным легочным кровотечением, а также лица с отягощенным аллергологическим анамнезом (непереносимость сальбутамола) и противопоказаниями к проведению спирометрии.

Исследование было выполнено в соответствии со стандартами надлежащей клинической практики (Good ClinicalPractice) и принципами Хельсинкской декларации. Исследование одобрено локальным этическим комитетом НМИЦК им. ак. Е.И. Чазова Мин­здрава России по вопросам этики и медицинским исследованиям в клинической кардио­логии (протокол № 222). Все участники исследования предоставили информированное согласие.

Всем пациентам выполнено комплексное пульмонологическое обследование, включавшее спирометрию с бронходилатационным тестом при поступлении и выписке. Исследование проводилось в соответствии с рекомендациями Европейского респираторного общества с помощью аппарата Super Spiro (Micro Medical Ltd., Великобритания). Анализировали следующие функциональные параметры: индекс Генслера (отношение объема форсированного выдоха за 1-ю секунду (ОФВ₁) к форсированной жизненной емкости легких (ФЖЕЛ), ОФВ₁% от должного. Участники, у которых по результатам спирометрии были выявлены отклонения от референтных значений, направлялись на консультацию к пульмонологу для уточнения диагноза и решения вопроса о коррекции либо инициации базисной терапии ХОБЛ и/или БА.

В работе применяли стандартизированные респираторные опросники при поступлении и выписке: опрос­ник CAT³, суммарный балл по которому отражает влияние ХОБЛ на жизнь пациента: 0–10 — незначительное, 11–20 — умеренное, 21–30 — сильное, 31–40 — чрезвычайно сильное; шкала mMRC⁴, которая оценивает выраженность одышки от 0 (отсутствие, кроме интенсивной нагрузки) до 4 (одышка при минимальной активности).

В первые сутки госпитализации пациентам проводили суточное мониторирование АД (СМАД), оценивали следующие параметры: среднесуточное систолическое АД (ср. сут. САД, мм рт. ст.), среднесуточное диастолическое АД (ср. сут. ДАД, мм рт. ст.), среднесуточная частота сердечных сокращений (ср. сут. ЧСС, в 1 мин).

Статистическая обработка данных. Для проверки статистических гипотез о виде распределения использовали тест Колмогорова — Смирнова. В качестве описательной статистики параметрических параметров использовали среднее значение и стандартное отклонение (M±SD), непараметрических — медиану и квартили (Ме [Q1; Q3]). Для сравнительной статистики использовали критерий Стьюдента. Сравнение переменных, имеющих отклонение от нормального распределения в исследуемых группах, проводили с помощью непараметрического критерия Манна — Уитни. Для выявления взаимосвязей между показателями рассчитывали коэффициент корреляции Пирсона, а при непараметрическом распределении выборки или для качественных признаков — коэффициент ранговой корреляции Спирмена. Уровень значимости для всех использованных критериев р<0,05. Статистическую обработку данных проводили с использованием приложения Microsoft Excel и пакета статистического анализа данных Statistica 10 для Windows (StatSoft Inc., США).

Результаты исследования

При сравнении характеристик групп кардиологических больных (табл. 1) выявлены статистически значимые различия по возрасту, полу и сопутствующей патологии.

Пациенты без БОЗ были достоверно моложе пациентов с БОЗ. В группе пациентов с ССЗ и впервые диа­гностированными БОЗ достоверно преобладали мужчины, в этой группе также реже других встречались пациенты с высшим образованием. Частота сопутствующих ИБС, НРС и ХСН была достоверно выше у пациентов с впервые выявленными БОЗ (p<0,05). Наименьшая частота этих заболеваний зафиксирована в группе пациентов без БОЗ (р<0,05). В группе пациентов с ССЗ и установленными ранее БОЗ преобладали больные с БА (в том числе в комбинации с ХОБЛ), тогда как среди впервые выявленных случаев достоверно чаще диа­гностировали ХОБЛ (p<0,001). По результатам анализа крови абсолютное число нейтрофилов было достоверно выше среди больных ССЗ с впервые выявленными БОЗ, а абсолютное число эозинофилов — среди больных с установленными ранее БОЗ. По данным СМАД показатели ср. сут. САД и ДАД были достоверно ниже у больных с впервые выявленными БОЗ (p<0,05), среднесуточная ЧСС была выше у больных с установленными ранее БОЗ (p<0,001).

В рамках исследования оценивалась фармакотерапия ССЗ: частота назначений кардио­селективных ББ, АК, иАПФ, БРА при поступлении и выписке (после дообследования) в группах кардио­логических больных с наличием БОЗ и без БОЗ.

Так, после дообследования частота назначений кардио­селективных ББ в группе больных ССЗ с установленными ранее БОЗ достоверно увеличилась с 31 до 55% (р<0,001), в то время как в группе ССЗ с впервые выявленными БОЗ отмечалась лишь статистически незначимая тенденция к увеличению (р=0,7), а в группе ССЗ без БОЗ отмечалось достоверное увеличение частоты назначений кардио­селективных ББ с 51 до 78% (р<0,001). Данные отражены на рисунке 1.

Таким образом, кардио­селективные ББ назначались больным ССЗ без БОЗ достоверно чаще, чем больным ССЗ с установленными ранее БОЗ, и достоверно реже, чем больным ССЗ с впервые выявленными БОЗ (р<0,001). После дообследования наиболее высокая частота применения кардио­селективных ББ сохранялась среди больных ССЗ с впервые выявленными БОЗ (р<0,001).

Изучение динамики назначений АК при поступлении и после дообследования в группах больных ССЗ с наличием БОЗ и без БОЗ показало, что после дообследования частота назначений АК в группе больных ССЗ с установленными ранее БОЗ достоверно снизилась с 41 до 27% (p=0,021). В то же время в группах ССЗ с впервые выявленными БОЗ и ССЗ без БОЗ статистически значимой динамики не выявлено (p<0,05) (рис. 2). Таким образом, после дообследования АК назначались больным ССЗ с установленными ранее БОЗ достоверно чаще, чем с впервые выявленными БОЗ (р=0,016), и достоверно реже, чем больным ССЗ без БОЗ (р<0,001). После дообследования наиболее высокая частота применения АК наблюдалась среди больных ССЗ без БОЗ (р<0,001).

Детальный анализ группы больных ССЗ с установленными ранее БОЗ по нозологиям (ХОБЛ, БА и сочетание БА с ХОБЛ) показал, что частота назначений ББ у больных ХОБЛ достоверно увеличилась с 13 до 96% (р<0,001), а у больных ССЗ с БА и сочетанием БА с ХОБЛ отмечалась статистически незначимая тенденция к снижению частоты назначений ББ с 58 до 43% и с 16 до 9% соответственно (p>0,05) (табл. 2). Частота назначений АК у больных ХОБЛ достоверно снизилась с 63 до 25% (р<0,001), а у больных ССЗ с БА и сочетанием БА с ХОБЛ статистически значимой динамики не выявлено (p>0,05) (табл. 2). При аналогичном детальном анализе группы больных ССЗ с впервые выявленными БОЗ достоверной динамики частоты назначений ББ и АК по нозологиям ХОБЛ, БА и сочетанию БА с ХОБЛ не выявлено.

Отдельный субанализ продемонстрировал, что при поступлении у больных ССЗ с ХОБЛ из группы установленных ранее БОЗ частота назначений кардио­селективных ББ была достоверно ниже, чем АК (13% против 63%, р<0,001), а после дообследования, напротив, частота назначений кардио­селективных ББ стала выше, чем АК (96% против 25%, р<0,001) (рис. 3). При этом случаев отмены кардио­селективных ББ не отмечалось, в то время как снижение частоты назначений АК обусловлено исключительно их отменой у 21 пациента (из них 2 случая замены АК недигидропиридинового ряда на ББ).

В исследовании изучалась динамика назначений блокаторов РААС (иАПФ или БРА) при поступлении и после дообследования в группах больных ССЗ с наличием БОЗ и без БОЗ. Сравнение частоты назначений иАПФ показало отсутствие статистически значимой динамики во всех группах (табл. 3). В отношении БРА также не выявлено достоверной динамики в группах ССЗ с БОЗ, однако у больных ССЗ без БОЗ, напротив, наблюдалось статистически значимое увеличение частоты назначений с 28 до 57%, p<0,001 (табл. 3). Таким образом, после дообследования частота назначений блокаторов РААС (иАПФ и БРА) в группе ССЗ с установленными БОЗ составила 100%, в группе ССЗ с впервые выявленными БОЗ — 99%, в группе ССЗ без БОЗ — 99%.

Проводился анализ спирометрического показателя ОФВ₁% и результатов респираторных опросников САТ и mMRC при поступлении и выписке среди пациентов с ССЗ с БОЗ, которым была инициирована терапия кардио­селективными ББ в ходе исследования, включивший 47 пациентов с ХОБЛ. При динамической оценке не выявлено статистически значимого снижения ОФВ₁% на фоне лечения (р=0,73). При сравнении показателей на момент поступления и при выписке зафиксирована достоверная положительная динамика по респираторному опроснику САТ (р=0,038), в то время как по опроснику mMRC статистически значимой динамики не наблюдалось (р=0,091) (табл. 4, рис. 4).

Обсуждение

Коморбидность ССЗ и БОЗ характеризуется не только высокой распространенностью, но и значительным уровнем гиподиа­гностики БОЗ у кардио­логических больных, что обусловлено схожестью клинических проявлений этих заболеваний [12, 13]. Выполненный нами ранее анализ выявил, что у кардио­логических пациентов доля недиа­гностированных случаев БОЗ достигает 57% для ХОБЛ, 10,2% для БА и 74,3% для их сочетания [14]. Внедрение простых скрининговых опросников на этапе поступления в кардио­логический стационар позволяет увеличить выявляемость БОЗ и снизить расходы системы здравоохранения на проведение диа­гностических исследований за счет своевременного выполнения при необходимости компьютерной спирометрии у кардио­логических пациентов [15]. Так, в ходе настоящей работы среди 1000 пациентов с ССЗ у 71 пациента диагноз БОЗ был верифицирован впервые, 137 больных имели установленные ранее БОЗ, 792 больных не имели сопутствующих БОЗ по результатам пульмонологического обследования.

Сопутствующие БОЗ оказывают влияние и на назначение фармакотерапии имеющегося ССЗ. Так, несмотря на важную роль кардио­селективных ББ в лечении ССЗ, их применение у пациентов с ХОБЛ часто ограничивается. В недавно проведенном исследовании, включавшем 1084 больных с ХОБЛ после острого коронарного синдрома (ОКС), кардио­селективные ББ назначались только в 49,8% случаев, несмотря на то, что ранняя терапия данными препаратами была связана с улучшением результатов лечения ОКС в стационаре [16]. Частота назначения ББ также была значительно ниже и у пациентов с СН и ХОБЛ, зарегистрированных в регистре REPOSI (Италия): из 942 пациентов с СН только 47,1% получали лечение ББ; также стоит отметить, что пребывание в стационаре не повлияло на коррекцию терапии у данных пациентов (при поступлении ББ: 36,9% против 51,3%; при выписке: 38,0% против 51,7%) [17]. Причиной служат опасения по поводу потенциального риска бронхоспазма и ослабления действия базисной терапии бронходилататорами [11]. В то же время актуальные исследования у больных с кардио­респираторной патологией свидетельствуют о безопасности селективных ББ: они не повышают риск обострений, а, напротив, улучшают выживаемость после инфаркта мио­карда при сопутствующей ХСН и даже ассоциированы с лучшим прогнозом при фибрилляции предсердий по сравнению с альтернативной терапией АК [18]. В ходе проведенной нами работы исходно высокая частота назначений ББ больным ССЗ с впервые выявленными БОЗ была, вероятнее всего, обусловлена как наиболее высокой коморбидностью ИБС, НРС и ХСН в этой группе, так и назначением ББ до верификации диагноза БОЗ. Сохранение высоких показателей назначений кардио­селективных ББ, а также замена недигидропиридиновых АК на ББ после дообследования у больных ССЗ с впервые выявленными БОЗ объясняется преобладанием ХОБЛ, которая, в соответствии с клиническими рекомендациями, не является противопоказанием к назначению ББ на фоне базисной терапии ХОБЛ [4]. В то время как в группе пациентов с ССЗ и ранее установленными БОЗ доминировали больные БА (в том числе в сочетании с ХОБЛ), что накладывало более строгие ограничения на инициирование терапии ББ и объясняет низкую частоту их назначений после дообследования, поскольку широкое применение ББ у больных БА до сих пор ограничено клиническими руководствами2. Это объясняет и отсутствие динамики по назначению АК в подгруппах пациентов с изолированной БА и с сочетанием БА и ХОБЛ ввиду предпочтительного использования врачами препаратов недигидропиридинового ряда с доказанным профилем безопасности у пациентов с БА [4].

На втором месте по ограничению к использованию у пациентов с ССЗ и БОЗ стоят препараты из группы иАПФ. Это связано с их нежелательным эффектом, обусловленным блокировкой распада брадикинина и накоплением его в тканях дыхательных путей, что может приводить к развитию сухого кашля, отеку слизистой, что особенно опасно на фоне существующего БОЗ [19]. В связи с этими рисками предпочтительными препаратами в лечении ССЗ чаще становятся БРА. Это было отмечено и в нашем исследовании, где, несмотря на то, что при поступлении частота применения БРА в группе пациентов с ССЗ без БОЗ была ниже, чем в группах пациентов с БОЗ, после дообследования во всех трех группах этот показатель превысил 50%, в итоге блокаторы РААС стали доминирующим по частоте назначений классом кардио­логических препаратов. Проведенный нами анализ демонстрирует, что инициация терапии кардио­селективными ББ у пациентов с кардио­респираторной патологией не ассоциируется с клинически значимым ухудшением бронхиальной проходимости. Отсутствие статистически значимого снижения ОФВ₁% на фоне инициальной терапии кардиоселективными ББ у 47 пациентов с сочетанием ССЗ и ХОБЛ согласуется с данными более крупных исследований и метаанализов, которые подтверждают безопасность применения кардио­селективных ББ у данной категории больных [20–22]. Эти препараты, обладая значительно более высоким сродством к β₁-адренорецепторам, чем к β₂-адренорецепторам бронхов, минимально влияют на показатели спирометрии, что позволяет преодолеть традиционные опасения врачей относительно риска развития бронхоспазма.

Особого внимания заслуживает выявленная в нашем исследовании положительная динамика качества жизни, по данным респираторного опросника CAT. Достоверное снижение итогового балла (с 6 [4; 10] до 5 [4; 6], р=0,038) свидетельствует об уменьшении влияния симптомов ХОБЛ на повседневную жизнь пациентов. Хотя абсолютное изменение может показаться небольшим (не достигающим минимальной клинической значимости), оно отражает статистически значимое улучшение с учетом исходно низких значений и может быть связано не только с основным лечением ХОБЛ, но и с благоприятным воздействием ББ на симпатическую активность и, возможно, системное воспаление [21, 23]. В отличие от CAT, оценка по модифицированной шкале одышки (mMRC) не показала статистически значимой динамики (р=0,091), что, вероятно, обусловлено исходно легкой степенью одышки. Шкала mMRC, оценивающая одышку по пяти градациям, является более грубым инструментом по сравнению с CAT, который охватывает более широкий спектр симптомов (кашель, продукция мокроты, стеснение в груди, сон, энергичность) и их влияние на функциональную активность [24].

Таким образом, наличие ранее установленной ХОБЛ у пациентов с ССЗ ассоциировалось с недостаточным назначением кардио­селективных ББ на госпитальном этапе. Проведенное дообследование позволило это нивелировать и назначать кардио­селективные ББ по показаниям. Инициирование терапии кардио­селективными ББ не сопровождалось ухудшением клинической симптоматики (по данным респираторных опросников) и не приводило к снижению функциональных показателей спирометрии, что подтверждает возможность их применения у больных с ССЗ и ХОБЛ.

Заключение

Кардиореспираторный скрининг больных ССЗ способствовал увеличению выявляемости БОЗ (ХОБЛ, БА), что привело к коррекции терапии ССЗ и БОЗ. Блокаторы РААС (иАПФ/БРА) стали доминирующим классом кардио­логических препаратов во всех исследуемых группах, а после дообследования больным с установленной ранее ХОБЛ стали активно назначать кардио­селективные ББ, в то время как больные с впервые выявленной ХОБЛ получали их ранее в полном объеме до момента диа­гностики БОЗ, то есть в условиях отсутствия настороженности врачей в отношении усугубления бронхообструкции.

Таким образом, наличие ранее установленной ХОБЛ ассоциировано с исходным недоназначением ББ у больных ССЗ, однако после дообследования эта тенденция нивелируется без отрицательного влияния на респираторную функцию и симптоматику. Кардиореспираторный скрининг помогает не только эффективно диа­гностировать БОЗ у кардио­логических пациентов, но и контролировать лечение сочетанной кардио­респираторной патологии.

Инициация терапии кардио­селективными ББ у кардио­логических больных с ХОБЛ на фоне базисной терапии ХОБЛ не сопровождалась снижением ОФВ₁ и не ухудшала клиническую симптоматику, что подтверждает возможность использования данной стратегии и необходимость преодоления терапевтической инертности в реальной клинической практике.

Сведения об авторах:

Климова Анна Алексеевна — соискатель отдела гипертонии, врач-кардио­лог приемного отделения ФГБУ «НМИЦК им. ак. Е.И. Чазова» Мин­здрава России; 121552, Россия, г. Москва, ул. Академика Чазова, д. 15а; ORCID iD 0000-0001-8320-3054

Смолякова Екатерина Владимировна — к.м.н., ассистент кафед­ры факультетской терапии и профессиональных болезней ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Мин­здрава России; 127006, Россия, г. Москва, ул. Долгоруковская, д. 4; научный сотрудник лаборатории клинической пульмонологии ФГБУ «НИИ пульмонологии» ФМБА России; 115682, Россия, г. Москва, Ореховый б-р, д. 28, стр. 10; ORCID iD 0000-0002-1904-5319

Амбатьелло Лали Гурамовна — к.м.н., старший научный сотрудник, отдел гипертонии ФГБУ «НМИЦК им. ак. Е.И. Чазова» Мин­здрава России; 121552, Россия, г. Москва, ул. Академика Чазова, д. 15а; ORCID iD 0000-00031138-3361

Чазова Ирина Евгеньевна — д.м.н., профессор, академик РАН, руководитель отдела гипертонии ФГБУ «НМИЦК им. ак. Е.И. Чазова» Мин­здрава России; 121552, Россия, г. Москва, ул. Академика Чазова, д. 15а; ORCID iD 0000-0002-9822-4357

Зыков Кирилл Алексеевич — д.м.н., член-корреспондент РАН, профессор РАН, заведующий кафедрой факультетской терапии и профболезней ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Мин­здрава России; 127006, Россия, г. Москва, ул. Долгоруковская, д. 4; заместитель директора по научной и инновационной работе ФГБУ «НИИ пульмонологии» ФМБА России; 115682, Россия, г. Москва, Ореховый б-р, д. 28, стр. 10; руководитель лаборатории иммунопатологии сердечно-сосудистых заболеваний,

главный научный сотрудник ФГБУ «НМИЦК им. ак. Е.И. Чазова» Мин­здрава России; 121552, Россия, г. Москва, ул. Академика Чазова, д. 15а; ORCID iD 0000-0003-3385-2632

Контактная информация: Климова Анна Алексеевна, е-mail: ruanna89@mail.ru

Прозрачность финансовой деятельности: никто из авторов не имеет финансовой заинтересованности в представленных материалах или методах.

Конфликт интересов отсутствует.

Статья поступила 11.01.2026.

Поступила после рецензирования 03.02.2026.

Принята в печать 27.02.2026.

About the authors:

Anna A. Klimova — External Doctorate Student of the Department of Hypertension, Cardiologist at the Admission Department, Acad. E.I. Chazov National Medical Research Center of Cardiology; 15A, Academician E.I. Chazov str., Moscow, 121552, Russian Federation; ORCID iD 0000-0001-8320-3054

Ekaterina V. Smolyakova — C. Sc. (Med.), Teaching Assistant at the Department of Faculty Therapy and Occupational Diseases, Russian University of Medicine; 4, Dolgorukovskaya str., Moscow, 127006, Russian Federation; Scientific Officer at the Laboratory of Clinical Pulmonology, Research Institute of Pulmonology of the Federal Medical Biological Agency of Russia; 28, bldg. 10, Orekhovyy blvrd., Moscow, 115682, Russian Federation; ORCID iD 0000-0002-1904-5319

Lali G. Ambatiello — C. Sc. (Med.), Senior Scientific Officer, Department of Hypertension, Acad. E.I. Chazov National Medical Research Center of Cardiology; 15A, Academician E.I. Chazov str., Moscow, 121552, Russian Federation; ORCID iD 0000-00031138-3361

Irina E. Chazova — Dr. Sc. (Med.), Professor, Academician of the Russian Academy of Sciences, Head of the Department of Hypertension, Acad. E.I. Chazov National Medical Research Center of Cardiology; 15A, Academician E.I. Chazov str., Moscow, 121552, Russian Federation; ORCID iD 0000-0002-9822-4357

Kirill A. Zykov — Dr. Sc. (Med.), Corresponding Member of the Russian Academy of Sciences, Professor of the Russian Academy of Sciences, Head of the Department of Faculty Therapy and Occupational Diseases, Russian University of Medicine; 4, Dolgorukovskaya str., Moscow, 127006, Russian Federation; Deputy Director for Scientific and Innovative Work, Research Institute of Pulmonology of the Federal Medical Biological Agency of Russia; 28, bldg. 10, Orekhovyy blvrd., Moscow, 115682, Russian Federation; Head of the Laboratory of Immunopathology of Cardiovascular Diseases, Chief Scientific Officer of Acad. E.I. Chazov National Medical Research Center of Cardiology; 15A, Academician E.I. Chazov str., Moscow, 121552, Russian Federation; ORCID iD 0000-0003-3385-2632

Contact information: Anna A. Klimova, e-mail: ruanna89@mail.ru

Financial Disclosure: no authors have a financial or property interest in any material or method mentioned.

There is no conflict of interest.

Received 11.01.2026.

Revised 03.02.2026.

Accepted 27.02.2026.

¹Global Initiative for Chronic Obstructive Lung Disease. Global Strategy for the Diagnosis, Management, and Prevention of Chronic Obstructive Pulmonary Disease. 2026. (Electronic resource.) URL: https://goldcopd.org/ (access date: 20.12.2025).

²Global Initiative for Asthma. Global Strategy for Asthma Management and Prevention, 2024. Update May 2024. (Electronic resource.) URL: www.ginasthma.org (access date: 20.12.2025).

³COPD Assessment Test. 2022. (Electronic resource.) URL: https://www.catestonline.org/ (access date: 20.12.2025).

⁴mMRC (Modified Medical Research Council) Dyspnea Scale. (Electronic resource.) URL: https://www.mdcalc.com/calc/4006/mmrc-modified-medical-research-council-dyspnea-scale (access date: 20.12.2025).