Коррекция перекисного окисления липидов у больных
бронхиальной астмой с применением церулоплазмина и импульсного красного
излучения

В. М. Провоторов, доктор медицинских наук, профессор
Ю. И. Филатова
ГБОУ ВПО ВГМУ им. Н. Н. Бурденко МЗ РФ, Воронеж

Бронхиальная астма (БА) является актуальной медико-социальной проблемой.
Согласно определению экспертов Global Initiative for Asthma (GINA, 2014), БА —
это гетерогенное заболевание, характеризующееся хроническим воспалением
дыхательных путей и определяющееся историей респираторных симптомов (свистящие
хрипы, кашель, заложенность в грудной клетке, одышка), которые сопровождаются
вариабельной обструкцией дыхательных путей и варьируют по времени и
интенсивности [1].

Одним из механизмов развития БА является гиперпродукция свободных радикалов и
накопление продуктов перекисного окисления липидов (ПОЛ) при воспалении.
Повышение уровня активных форм кислорода либо непосредственно, либо через
образование продуктов ПОЛ играет важную роль в усилении воспалительной реакции
при БА [2]. С целью коррекции данных нарушений в комплексной терапии БА
рекомендовано применение антиоксидантов (церулоплазмин (ЦП)) [3–5].

На современном этапе в терапии БА значительное внимание уделяется не только
медикаментозному лечению, но и физиотерапевтическим методам [6–11].
Перспективным направлением в повышении эффективности лечения является применение
неполяризованного импульсного красного света (НИКС), который оказывает
положительное воздействие на нейроэндокринную и иммунную системы, кроветворение,
крово­обращение, общий метаболизм, трофику, регенерацию, а также стимулирует
антиоксидантные системы организма [12].

Цель исследования — оценка динамики показателей прооксидантно-антиоксидантной
системы, клинического течения, контроля над заболеванием у пациентов с БА на
фоне комплексной терапии с применением ЦП и НИКС.

Материалы и методы исследования

В исследование включено 125 больных c обострением тяжелой неконтролируемой БА
смешанного генеза (54 (43,2%) мужчины и 71 (56,8%) женщина в возрасте от 18 до
65 лет). Диагноз устанавливали в соответствии с критериями Global Initiative for
Asthma [1]. Критерии включения в исследование: объем форсированного выдоха за
первую секунду (ОФВ₁) ≤ 60% от должного, прирост ОФВ₁ ≥
12% по сравнению со значением до ингаляции бронхолитика, вариабельность пиковой
скорости выдоха > 30% от должного. Критерии исключения из исследования:
пневмония, злокачественные новообразования, анафилактические реакции в анамнезе,
сопутствующие хронические заболевания в стадии обострения.

Пациенты были разделены на три группы: 1-я группа (40 человек) — пациенты,
получавшие ЦП в дополнение к общепринятой терапии БА (бронхолитики,
ингаляционные и системные глюкокортикостероиды, кислородотерапия по показаниям);
2-я группа (45 человек) — пациенты, получавшие импульсный красный свет с помощью
прибора «Свет-актив» в дополнение к общепринятой терапии БА; 3-я группа (40
человек) — пациенты, которые получали ЦП и импульсный красный свет в дополнение
к общепринятой терапии.

Всем пациентам проводили комплексное обследование с применением
клинико-лабораторных, функциональных и рентгенологических исследований, которые
включали сбор анамнеза, осмотр, исследование функции внешнего дыхания,
электрокардиографию, рентгенографию органов грудной клетки, а также определение
показателей прооксидантно-антиоксидантной системы (малоновый диальдегид (МДА),
супер­оксиддисмутаза (СОД), сульфгидрильные группы). Уровень МДА определяли с
помощью реакции с тиобарбитуровой кислотой, которая при высокой температуре (100
°C) в кислой среде (рН 2,5–3,5) протекает с образованием окрашенного
триметилового комплекса с максимумом поглощения при 532 нм [13]. Активность СОД
определяли по ингибированию скорости восстановления тетразолия нитросинего в
неэнзиматической системе феназинметасульфат — восстановленная форма кофермента
никотинамидадениндинуклеотида [14]. Определение содержания сульфгидрильных групп
основано на том, что при образовании меркаптида в результате взаимодействия
n-хлормеркурибензоата с SH-соединениями происходит возрастание оптической
плотности раствора с максимумом при 255 ммк. Для определения количества
сульфгидрильных групп использована стандартная кривая, полученная с глутатионом
[15].

Физиотерапию проводили с помощью устройства локального облучения
неполяризованным импульсным красным светом «Свет-актив», длина волны — 624 ± 6
нм, производитель — ООО «Роспроминформ», Санкт-Петербург, Россия, патент №
2429889 «Способ физиотерапии с применением импульсного света», Б. А. Зон и др.
(2011 г.).

Статистическую обработку проводили с помощью программы Microsoft Excel 2010.
Результаты представлены в виде М ± m. Результаты оценивали с использованием
t-критерия Стьюдента. Различия считались достоверными при р < 0,05.

Результаты и обсуждение

Результаты исследования показали, что положительная динамика параметров
прооксидантно-антиоксидантной системы наблюдалась во всех группах пациентов,
однако наиболее выраженный эффект отмечался при сочетанном применении ЦП и НИКС
в комплексной терапии БА (табл.).

Наименьшая интенсивность ПОЛ отмечалась при назначении ЦП и НИКС на фоне
традиционной терапии, что сопровождалось наиболее достоверной положительной
динамикой клинических проявлений по сравнению с пациентами 1-й и 2-й групп. У 35
(87,5%) больных БА стала контролируемой (отсутствовали ночные пробуждения из-за
БА, дневные симптомы отмечались менее 2 раз в неделю, потребность в препарате
для купирования симптомов — менее 2 раз в неделю, отсутствовали ограничения
активности), у 5 (12,5%) — частично контролируемой (сохранялись ночные
симптомы/пробуждения или дневные эпизоды более 2 раз в неделю).

При включении в комплексную терапию ЦП (1-я группа) также отмечалось снижение
интенсивности ПОЛ и улучшение клинического течения БА, однако менее выраженное,
чем у пациентов 3-й группы (контролируемая БА — 24 (60%), частично
контролируемая — 16 (40%) пациентов).

У пациентов 2-й группы наблюдалось снижение интенсивности ПОЛ в меньшей
степени, чем у больных 1-й и 3-й групп. Контролируемая БА отмечалась у 21
(46,7%) пациента. У 17 (37,8%) больных сохранялись ночные симптомы/пробуждения
или дневные эпизоды более 2 раз в неделю (частично контролируемая БА), у 7
(15,5%) отмечалась неконтролируемая БА.

Выводы

1. Установлено, что применение ЦП и НИКС в комплексном лечении пациентов с БА
   способствует улучшению параметров прооксидантно-антиоксидантной системы, что
   сопровождается положительной динамикой клинических проявлений.
2. Показана целесообразность применения ЦП и НИКС в комплексной терапии БА.

Литература

1. The Global Strategy for Asthma Management and Prevention, Global
   Initiative for Asthma (GINA). [Электронный ресурс]. 2015. URL: http://www.ginasthma.org/
   (дата обращения: 29.01.2015).
2. Колпакова А. Ф., Латышева А. Н., Максимов Н. Г. Особенности
   окислительно-восстановительного статуса больных различными
   клинико-патогенетическими вариантами бронхиальной астмы и начальной стадией
   хронической обструктивной болезни легких // Сибирское медицинское обозрение.
   2010. № 1. С. 19–22.
3. Провоторов В. М., Будневский А. В., Филатова Ю. И.
   Антиоксидантная терапия у больных терапевтически резистентной бронхиальной
   астмой / Земская медицина — от традиций к инновациям. К 150-летию земской
   медицины в России: сб. статей IV Конгресса врачей первичного звена
   здравоохранения Юга России, IX конф. врачей общей практики (семейных врачей)
   Юга России (6–7 ноября 2014 г.). ГБОУ ВПО РостГМУ Минздрава России; под ред.
   С. В. Шлыка, Г. В. Шавкуты. Ростов-на-Дону: Изд-во РостГМУ, 2014. С. 266–269.
4. Провоторов В. М., Филатова Ю. И. Динамика клинических проявлений
   при лечении бронхиальной астмы с применением церулоплазмина // Молодой ученый.
   2015. № 9. С. 421–424.
5. Фархутдинов У. Р., Фархутдинов Ш. У. Эффективность церулоплазмина
   у больных бронхиальной астмой // Терапевтический архив. 2012. № 12. С. 45–48.
6. Будневский А. В., Бурлачук В. Т., Чернов А. В., Олышева И. А.,
   Трибунцева Л. В., Кожевникова С. А. Роль нетеплового микроволнового
   электромагнитного излучения в достижении контроля над бронхиальной астмой //
   Пульмонология. 2014. № 3. С. 78–82.
7. Бурлачук В. Т., Олышева И. А., Будневский А. В. Клиническая
   эффективность терапии нетепловым микроволновым электромагнитным излучением
   больных бронхиальной астмой // Врач-аспирант. 2013. № 3 (58). С. 77–82.
8. Мирзаева А. К., Басиева О. З. Некоторые виды физиотерапии у
   больных бронхиальной астмой // Электронный научно-образовательный вестник
   «Здоровье и образование в XXI веке». 2006. № 11. Т. 8. С. 518.
9. Алексеева А. А., Вишнева Е. А., Намазова Л. С. Использование
   немедикаментозных методов в терапии бронхиальной астмы у детей // Вопросы
   современной педиатрии. 2007. № 5. Т. 6. С. 121–123.
10. Урясьев О. М., Исаева И. А. Эффективность магнитотерапии и
    прерывистой нормобарической гипокситерапии в комплексном лечении больных
    бронхиальной астмой с сопутствующей гипертонической болезнью // Земский врач.
    2015. № 1 (25). С. 42–45.
11. Зарипова Т. Н., Антипова И. И., Смирнова И. Н., Симагаева Н. Н.
    Комплексная унифицированная оценка эффективности использования физических
    факторов в лечении больных бронхиальной астмой с сочетанными заболеваниями
    [Электронный ресурс] // Современные проблемы науки и образования. 2015. № 1.
    URL: http://www.science-education.ru/ru/article/view? id=17994 (дата
    обращения: 29.01.2016).
12. Свет-актив. Рекомендации по применению / Ред. Кунин А. А., Бабкина З. М.,
    Кунин В. А. ООО «Роспроминиформ». 2007.
13. Стальная И. Д., Гарищвили Т. Г. Методы определения малонового
    диальдегида с помощью тиобарбитуровой кислоты. В кн.: Современные методы в
    биохимии / Под ред. В. Н. Ореховича. М.: Медицина. 1977. С. 392.
14. Матюшин Б. Н., Логинов А. С., Ткачев В. Д. Определение
    супероксиддисмутазной активности в материалах пункционной биопсии печени при
    её хроническом поражении // Лабораторное дело. 1991. № 7. С. 16–19.
15. Рубина Х. М., Романчук Л. А. Количественное определение SH-групп
    в цельной и депротеинизированной крови спектрофотометрическим методом //
    Вопросы медицинской химии. 1961. Т. 7. № 1. С. 652–655.

Статья опубликована в журнале

Лечащий Врач