Клинико-эпидемиологические характеристики сахарного диабета и его осложнений в Воронежской области

Введение

Высокая распространенность нарушений углеводного обмена, среди которых наиболее значим сахарный диабет (СД), — одна из важнейших современных медико-социальных проблем. По данным Международной федерации диабета (International Diabetes Federation, IDF), на декабрь 2021 г. зарегистрировано 537 млн случаев СД в мире, при этом прогнозируемое количество больных СД к 2045 г. составит 783 млн. Распространенность метаболических нарушений увеличивается и в нашей стране. На начало 2023 г. в Российской Федерации (РФ) зарегистрировано 4,9 млн пациентов с СД, что вдвое больше по сравнению с показателями 2003 г. [1].

С целью мониторинга клинико-эпидемиологических характеристик СД на территории РФ ФГБУ «НМИЦ эндокринологии» Минздрава России в 1996 г. создан Федеральный регистр пациентов с СД (ФРСД) [2]. Создание регистра в рамках Федеральной целевой программы «Сахарный диабет» и его продолжительная работа имели определяющее значение в анализе распространенности СД и его осложнений в различных регионах РФ, а также позволили оценить ведущие причины смерти у пациентов данного профиля [2].

Использование данных ФРСД позволяет исследовать частоту и структуру осложнений, анализировать соответствие медикаментозного лечения алгоритмам и изучать ведущие причины смерти для последующей оценки текущего состояния помощи больным СД в регионах РФ и в целом по стране, а также построения траектории дальнейшего развития диабетологической помощи с выбором приоритетных направлений деятельности.

Цель исследования: анализ клинико-эпидемиологических характеристик СД у взрослого населения Воронежской области.

Материал и методы

Объектом исследования явилась база данных регионального сегмента ФРСД по Воронежской области (ВО). Рассматривались распространенность и заболеваемость СД (при расчете были использованы данные Федеральной службы государственной статистики по численности населения ВО), частота и структура осложнений заболевания у взрослых пациентов, половозрастные характеристики, причины и средний возраст смерти. Проведен динамический анализ данных за 2018–2022 гг. Для характеристики показателей указывали абсолютную и относительную частоту проявления признака.

Результаты и обсуждение

Распространенность СД в ВО

На 01.01.2023 в региональный сегмент ФРСД внесены данные работы 74 медицинских организаций (МО) г. Воронежа и ВО. Общее количество состоящих на диспансерном учете взрослых пациентов с СД составило 91 104 человека, или 4% населения ВО. Среди них СД 1 типа (СД1) диагностирован у 4323 (4,7%) пациентов, СД 2 типа (СД2) — у 86 522 (95%), гестационный и другие типы СД — у 259 (0,3%).

Распространенность СД1 в 2022 г. в ВО среди взрослого населения составила 230,2 на 100 тыс. населения, что выше, чем значения по РФ (191,0 на 100 тыс. населения) [2]. Распространенность СД2 также отличалась и составила 4 608,15 и 3 158,8 на 100 тыс. населения соответственно [2]. Отмечается увеличение количества пациентов с СД в ВО за последние 5 лет. Динамика распространенности типов СД за 2018–2022 гг. представлена на рисунке 1.

Заболеваемость СД в ВО

Динамика заболеваемости СД1 за 2018–2022 гг. в ВО составила 8,7–6,9 на 100 тыс. населения, аналогичный показатель при СД2 был 440,4–345,4 на 100 тыс. населения. С 2018 г. прирост новых пациентов с СД1 и СД2 составил 126 человек и 7200 человек соответственно. В 2020 г. заболеваемость СД снизилась на 5% при СД1 и на 26% при СД2.

Половозрастные характеристики пациентов с СД в ВО

Распределение больных СД по полу различно в зависимости от типа диабета. Среди взрослых пациентов с СД1 больше мужчин — 2470 (57,1%), женщин — 1853 (42,9%). Среди пациентов с СД2 преобладают женщины — 59 844 (69,2%), а количество мужчин составляет 26 678 (30,8%). Полученные данные соотносятся с показателями гендерной характеристики СД по РФ (54,1 и 45,9% при СД1 и 30,0 и 70,0% при СД2 мужчин и женщин соответственно) [2].

Пик распространенности СД1 приходится на возраст 30–39 лет, что соответствует данным по РФ. Большинство пациентов с СД1 входят в возрастную группу от 18 до 49 лет.

Доля больных СД2 плавно увеличивается с 30–39 лет с пиком распространенности в 60–69 лет, что соотносится с показателями по РФ (рис. 2) [2].

Смертность среди пациентов с СД в ВО

В 2022 г. в ВО было зарегистрировано 3596 случаев смерти больных СД. Смертность пациентов с СД1 в 2022 г. составила 6,1 на 100 тыс. населения; динамика с 2018 г. — 5,0–6,1 на 100 тыс. населения (увеличение на 22%). Среди больных СД2 смертность в 2022 г. составила 185,1 на 100 тыс. населения; динамика с 2018 г. — 176,9–185,1 на 100 тыс. населения (увеличение на 4,6%). Смертность пациентов с другими типами СД в 2022 г. составила 0,32 на 100 тыс. населения.

На рисунке 3 представлена структура причин смерти больных СД по данным регионального сегмента ФРСД. Ведущее место в 2022 г. занимают болезни системы кровообращения (БСК). На их долю приходится почти половина (45,7%) летальных исходов у пациентов с СД1, среди больных СД2 доля еще больше — 52,6%. Данные показатели сопоставимы со значениями по РФ (38,1 и 52,0% при СД1 и СД2 соответственно) [2, 3]. Среди БСК чаще всего встречались хроническая сердечно-сосудистая недостаточность, острые сердечно-сосудистые события (включая тромбоэмболию легочной артерии, нарушения ритма, тромбозы и др.), нарушения мозгового кровообращения и инфаркт миокарда. Среди причин, не связанных с БСК и СД, лидируют онкологические заболевания, новая коронавирусная инфекция (COVID-19) и старость / дегенеративные заболевания.

Доля пациентов, которые умерли непосредственно от острых и хронических осложнений СД (терминальная хроническая почечная недостаточность, кома, гангрена), оказалась ниже и составила 10,5 и 3,9% при СД1 и СД2 соответственно.

В таблице представлены показатели среднего возраста смерти и длительность СД до момента смерти. Отмечается увеличение среднего возраста смерти при СД обоих типов (52,1–55,4 года при СД1 и 73,5–74,0 при СД2). Данные показатели несколько выше значений по РФ (52,3 при СД1 и 73,5 при СД2 в 2020 г.). При этом также увеличивается средняя длительность СД до момента смерти (16,9–21,0 и 10,2–11,0 при СД1 и СД2 соответственно). Принимая во внимание факт неизбежности летального исхода, ключевыми критериями, характеризующими эффективность мер по снижению смертности, являются средний возраст смерти и длительность течения СД до момента смерти.

Распространенность осложнений при СД в ВО

При помощи ФРСД можно оценивать частоту развития осложнений СД и динамику их распространенности по годам. На рисунке 4 представлена структура осложнений СД в ВО. Наиболее часто встречаются такие осложнения СД, как нейропатия, ретинопатия и нефропатия. В ВО диабетическая нейропатия диагностирована у 62,1% пациентов с СД1 и у 30,5% пациентов с СД2. Эти показатели выше, чем значения по РФ, где распространенность нейропатии при СД1 составила 43,3%, при СД2 — 24,4% [2]. Несколько реже в ВО диагностируется диабетическая ретинопатия (ДР): у 56,8% больных СД1 типа и у 26,2% больных СД2 типа. Частота этого осложнения СД также выше в ВО по сравнению с распространенностью по РФ: 31,7% при СД1 и 13,5% при СД2 [2]. Диабетическая нефропатия (ДН) осложняет течение СД у 37,4% пациентов с СД1 и у 13,2% с СД2 и встречается чаще, чем в целом по РФ у пациентов с СД1 (25,9%), однако при СД2 частота поражения почек ниже, чем по РФ (18,4%) [2].

Макрососудистые осложнения, характеризующиеся сложным мультифакторным патогенезом, встречаются значительно реже. Среди поражений сердечно-сосудистой системы в ФРСД выделяют ишемическую болезнь сердца (ИБС) и инфаркт миокарда (ИМ). ИБС встречается с частотой 2,8% среди пациентов с СД1 и 7,9% с СД2 в ВО, ИМ — у 0,8% пациентов с СД1 и у 2,8% с СД2. Полученные данные сопоставимы с показателями по РФ (ИБС — 2,5 и 10%, ИМ — 1,0 и 3,5% при СД1 и СД2 соответственно) [2]. При анализе распространенности сердечно-сосудистой патологии следует учитывать, что в ФРДС заносят только верифицированные диагнозы, что предполагает возможность занижения значений в случае отсутствия специализированного обследования [4].

Средний возраст развития осложнений при СД1 в сравнении со средним возрастом дебюта заболевания представлен на рисунке 5. Манифестация микрососудистых диабетических осложнений происходит уже через 6,7–9,3 года от начала заболевания (6,7 года при нейропатии, 6,8 года при ретинопатии и 9,3 года при нефропатии). На рисунке 6 представлен средний возраст развития осложнений при СД2 в сравнении со средним возрастом начала заболевания. Диабетические осложнения с поражением микрососудистого русла при СД2 развиваются значительно раньше — уже через 2,3–6,2 года течения СД (2,8 года при нейропатии, 2,3 года при ретинопатии и 6,2 года при нефропатии).

Наиболее тяжелыми состояниями представляются терминальные стадии макро- и микрососудистых осложнений СД: слепота в исходе ДР, терминальная стадия хронической болезни почек (ХБП) в исходе ДН и высокие ампутации нижних конечностей.

Динамический анализ терминальных стадий осложнений СД за 2018–2022 гг. выявил:

относительную стабильность распространенности слепоты: при СД1 она составила 0,07–0,09%, при СД2 — 0,00–0,01%;

снижение частоты высоких ампутаций нижних конечностей: при СД1 — 0,74–0,67%, при СД2 — 0,49–0,40%;

снижение распространенности терминальной стадии ХБП: при СД1 — 2,96–2,3%, при СД2 — 0,35–0,21%.

Анализ показателей ряда клинико-эпидемиологических характеристик СД и его осложнений в ВО за 2022 г. и в динамике за 2018–2022 гг. показал соответствие большинства данных показателям РФ. Сходно с общероссийскими показателями увеличение доли больных СД за 5 лет, половозрастные характеристики, структура причин смерти больных СД, структура осложнений заболевания, динамика терминальных стадий осложнений СД, снижение заболеваемости в 2020 г. [2]. Изменение последнего показателя было связано, вероятно, с изменением режима работы амбулаторного звена, приостановлением планового приема пациентов и самоизоляцией населения в связи с пандемией новой коронавирусной инфекции.

Отмечена положительная динамика в отношении среднего возраста смерти и длительности СД до момента смерти среди пациентов с СД в ВО, что, вероятно, свидетельствует о своевременной диагностике заболевания, эффективных мерах первичной и вторичной профилактики поздних осложнений СД и результативности обучения пациентов в «Школе диабета».

Некоторая разница между данными по ВО и РФ отмечается в отношении показателей частоты осложнений [2]. Доля пациентов с ДН при СД1 в ВО оказалась выше, а при СД2 — ниже по сравнению с общероссийскими значениями. Диабетическая нейропатия и ДР значительно больше распространены в ВО, чем в РФ. Эти отличия могут быть обусловлены ранней выявляемостью осложнений и своевременной актуализацией данных ФРСД. Кроме того, значимый вклад вносят доступность медицинской помощи и укомплектованность кадрами эндокринологической службы региона.

Распространенность как СД1, так и СД2 в ВО оказалась выше, чем в целом по РФ [2]. Разница показателей может быть обусловлена генетико-этническими причинами, но большее значение, вероятно, приобретают факторы организации деятельности медицинских учреждений по своевременной актуализации данных онлайн-регистра.

Заключение

Анализ данных ФРСД предоставляет возможность систематизации эпидемиологических и клинических характеристик СД. Являясь ярким примером информатизации на уровне амбулаторного звена, ФРСД обеспечивает дистанционное наблюдение клинических показателей больных СД.

Использование регионального сегмента ФРСД в качестве инструмента клинико-эпидемиологического мониторинга СД позволяет проводить оценку текущего уровня диабетологической службы в регионе и строить траекторию ее дальнейшего развития с выбором приоритетных направлений.

Сведения об авторах:

Жданова Елена Анатольевна — к.м.н., заместитель главного врача АУЗ ВО «ВОККДЦ»; 394018, Россия, г. Воронеж, пл. Ленина, д. 5; ORCID iD 0009-0001-0543-8015.

Волынкина Анна Петровна — к.м.н., доцент кафедры госпитальной терапии и эндокринологии ФГБОУ ВО ВГМУ им. Н.Н. Бурденко Минздрава России; 394036, Россия, г. Воронеж, ул. Студенческая, д. 10; ORCID iD 0009-0001-8942-6224.

Колимбет Лариса Петровна — заведующая диабетологическим центром АУЗ ВО «ВОККДЦ»; 394018, Россия, г. Воронеж, пл. Ленина, д. 5; ORCID iD 0009-0004-6443-8164.

Петрова Татьяна Николаевна — д.м.н., профессор, проректор по развитию регионального здравоохранения и клинической работе ФГБОУ ВО ВГМУ им. Н.Н. Бурденко Минздрава России; 394036, Россия, г. Воронеж, ул. Студенческая, д. 10; ORCID iD 0000-0002-5701-9779.

Ходарина Юлия Валерьевна — врач-ординатор кафедры госпитальной терапии и эндокринологии ФГБОУ ВО ВГМУ им. Н.Н. Бурденко Минздрава России; 394036, Россия, г. Воронеж, ул. Студенческая, д. 10; ORCID iD 0000-0001-6513-7735.

Контактная информация: Ходарина Юлия Валерьевна, e-mail: hodarina@list.ru.

Прозрачность финансовой деятельности: никто из авторов не имеет финансовой заинтересованности в представленных материалах или методах.

Конфликт интересов отсутствует.

Статья поступила 28.02.2023.

Поступила после рецензирования 24.03.2023.

Принята в печать 18.04.2023.

About the authors:

Elena A. Zhdanova — C. Sc. (Med.), Chief Medical Officer of the Voronezh Regional Clinical and Diagnostic Center; 5, Lenin square, Voronezh, 394018, Russian Federation; ORCID iD 0009-0001-0543-8015.

Anna P. Volynkina — C. Sc. (Med.), Associate Professor of the Department of Hospital Therapy and Endocrinology, N.N. Burdenko Voronezh State Medical University; 10, Studencheskaya str., Voronezh, 394036, Russian Federation; ORCID iD 0009-0001-8942-6224.

Larisa P. Kolimbet — Head of the Center for Diabetes Research, Voronezh Regional Clinical and Diagnostic Center; 5, Lenin square, Voronezh, 394018, Russian Federation; ORCID iD 0009-0004-6443-8164.

Tatiana N. Petrova — Dr. Sc. (Med.), Professor, Vice-Rector for Regional Health Development and Clinical Services; N.N. Burdenko Voronezh State Medical University; 10, Studencheskaya str., Voronezh, 394036, Russian Federation; ORCID iD 0000-0002-5701-9779.

Yulia V. Khodarina — resident of the Department of Hospital Therapy and Endocrinology, N.N. Burdenko Voronezh State Medical University; 10, Studencheskaya str., Voronezh, 394036, Russian Federation; ORCID iD 0000-0001-6513-7735.

Contact information: Yulia V. Khodarina, e-mail: hodarina@list.ru

Financial Disclosure: no authors have a financial or property interest in any material or method mentioned.

There is no conflict of interests.

Received 28.02.2023.

Revised 24.03.2023.

Accepted 18.04.2023.