13 сентября 2018 года, 10:27
Следственный комитет предлагает ввести термин «плод человека» в статью Уголовного кодекса, касающуюся ненадлежащего качества оказания медпомощи. Сегодня не существует уголовной ответственности за гибель ребенка до момента его рождения, и при этом к сфере акушерства относится почти треть всех жалоб, поступающих в правоохранительные органы. Медицинское сообщество категорически против этой инициативы.
Плод, как «субъект уголовного права»
Проект новой статьи УК 124.1. «Ненадлежащее оказание медицинской помощи (медицинской услуги)» обсуждался на совещании Следственного комитета России (СК) и Национальной медицинской палаты с участием представителей Минздрава, специалистов в сфере неонтологии, акушерства и гинекологии, патологоанатомов и судебных экспертов. (Сегодня СК и Нацмедпалата совместно работают над проектом специальной статьи в УК, в рамках которой будут расследовать дела медработников).
Как считают в СК, плод человека следует считать субъектом уголовного права и этот термин должен присутствовать в новой статье Уголовного кодекса, в рамках которой будут расследоваться дела медицинских работников.В Конституции записано право на материнство, и если беременность развивается нормально, но из-за неверных действий или халатности врачей происходит гибель плода, то виновные должны понести наказание, заявил зам. руководителя Главного управления криминалистики СК Анатолий Сазонов.
Для ведомства этот вопрос «принципиальный», отметила руководитель управления процессуального контроля за расследованием отдельных видов преступлений СК Евгения Минаева. «Число жалоб по факту гибели плода растет, возбуждаются уголовные дела, и зачастую судебно-медицинские эксперты устанавливают прямую причинно-следственную связь между действиями врачей и гибелью плода, — рассказала Минаева. – Но так как плод еще не отделился от матери, то по закону гибель до момента рождения не попадает под статьи УК, и мы не можем привлечь к ответственности врачей за ненадлежащее оказание помощи при родовспоможении и вынуждены прекращать уголовное преследование».
У медиков инициатива СК понимания не нашла
По словам председателя Совета Российского общества неонатологов Дмитрия Дягтерева, возможности современной перинатальной диагностики не позволяют точно установить причины гибели плода. И все, что называется гипоксией плода – это обобщенные понятия, которые могут быть связаны с десятком различных внутриутробных состояний и никак не зависят от действий или бездействий акушера-гинеколога. Следователь никогда не сможет точно сказать правильно или неправильно врач вел роды и беременность, а у медицинских экспертов мало объективных данных, считает эксперт.
«Мы все и так работаем в рамках законодательства, есть порядок оказания медпомощи, протоколы и клинические рекомендации и если врач нарушил стандарты, то он будет наказан», – напомнила главный акушер-гинеколог Минздрава РФ Лейла Адамян. По ее словам, нельзя обвинять врачей, которые не всесильны – беременность часто бывает непредсказуема, осложнена различными генетическими патологиями, и иногда образом жизни, который ведет будущая мать.
А директор НМИЦ акушерства, гинекологии и перинатологии им. академика В.И. Кулакова Геннадий Сухих и вовсе увидел в предложении СК конфликт интересов. «Если принять статью в нынешнем виде мы получим не десятки и сотни, а десятки тысяч судебных разбирательств. Сегодня родился целый разряд юристов, который зарабатывает на этом», — напомнил Сухих.
Судмедэксперты предлагают не торопиться
Судебно-медицинские эксперты полагают, что вводить термин «плод» в уголовное законодательство преждевременно – это приведет к серьезным противоречиям. По словам представительницы Ассоциации судебно-медицинских экспертов Олеси Веселкиной, в сфере акушерства, действительно сконцентрирован значительный поток жалоб (20-30% от общего числа). Однако, практически не бывает однозначных ситуаций, когда экспертиза может установить прямую причинно-следственную связь между действиями врачей и гибелью плода. «Формулировка в проекте статьи фактически ставит знак равенства между гибелью плода и причинением тяжкого вреда здоровью, что далеко не всегда соответствует действительности. Такая формулировка может привести к тому, что уголовные дела будут назначаться по каждому случаю гибели плода», – сказала Веселкина.
А как у них
Ни в одной стране мира плод не фигурирует как субъект уголовного права, не рассматривается как самостоятельная личность и до момента рождения не считается самостоятельным организмом, заявила Адамян, подчеркнув, что специально изучала этот вопрос.
«Европейский суд по правам человека тоже не расценивают не рожденных детей как субъекты права, — напомнила руководитель департамента медпомощи детям и службы родовспоможения Минздрава Елена Байбарина. – Как бы мы в таком случае расценивали аборты по медицинским показаниям или по желанию женщины? Нельзя рассматривать в одном флаконе ненадлежащее оказание помощи и плод, который не является субъектом права».
Что делать
Юрист Национальной медицинской палаты Лилия Айдарова предложила в качестве компромиссного варианта внести изменения в другие нормативные акты, которые дадут возможность реагировать на нарушения и жалобы, связанные с потерей плода.
Мнения самих медиков разделились. Одни предлагали дополнить определение тяжкого вреда здоровью женщины положением о том, что оно было вызвано прерыванием беременности (гибелью плода). Другие настаивали на том, что если врач действительно допускает дефект оказания помощи, то решать его судьбу должно врачебное сообщество, а не следственные органы. При этом наказание может быть очень жестким – вплоть до запрета заниматься профессиональной деятельностью, как это и делается в развитых странах.
Воздержаться от сомнительных изменений попросил СК и президент Нацмедпалаты Леонид Рошаль. «Сегодня это приведет лишь к шквалу жалоб, под которыми будет погребен Следственный Комитет, – уверен Рошаль. – Для меня главным результатом нашей совместной работы станет такая статья в УК, где будет написано, что за неумышленные осложнения врач не будет сидеть в тюрьме».
Загрузка...
